Как начиналось противостояние. От автора

В первую субботу сентября 1982 года я гулял с женой и двумя сыновьями, один из которых родился два месяца назад, в столичном Парке Независимости, который разбит позади гостиницы «Плаза» и находится в самом центре города. Было очень тепло, тихо, как это бывает только в субботние дни в Иерусалиме. Резко пахло скошенной травой.

Многие мои знакомые были призваны в армию, которая воевала в Ливане. Обстановка в стране казалась довольно спокойной, уравновешенной, несмотря на события.

Около 11 часов утра мы услышали какой-то ритмичный шум, который доносился с проходившей метрах в 100 от нас улицы Кинг Джордж. Напоминало все это гул небольшого стадиона во время соревнований. Мы перешли по дорожке, утрамбованной зернистым песком, с детской площадки в сторону источника шума, который резко нарушал течение жизни. У закрытого входа в большой «Суперсоль» на перекрестке мы остановились. Я увидел небольшую толпу нервных, разгоряченных мужчин и женщин разного возраста, которые громко выкрикивали неразборчивые слова. После некоторого усилия я разобрал одно скандируемое слово — «убийца», другого выкрикиваемого слова я понять не мог. Я попросил жену, слышавшую ивритскую речь лучше меня, послушать крики, и через некоторое время она недовольно сказала мне, что кричат «Бегина вон». Мы не поняли, что происходит здесь и сейчас, так как на публичное произнесение таких слов и открытое выступление против главы правительства тогда не было ни моды, ни готовности у населения страны.

На главной улице наблюдалось какое-то тревожное передвижение людей в сторону улицы Бальфур, где находился дом главы правительства, но мне ничего с моего места не было видно из-за спин демонстрантов и многочисленных жандармов.

Тут же у высоких ступеней входа в магазин мы встретили моего иерусалимского знакомого — плотного, лысоватого человека, и я спросил у него: «Что здесь происходит?»

— А ты что, не знаешь? — спросил он у меня весело и не без презрения. — Си-эн-эн c утра передает новости.

— Какое Си-эн-эн, какие новости, у меня нет никаких Си-эн-эн, у кого вообще есть Си-эн-эн? — сказал я ему.

— У меня есть, и у очень многих других людей есть, — ответил он.

— Я живу в новом окраинном районе¹ и никаких возможностей принимать Си-эн-эн у меня нет, — сказал я, — но что произошло?

— Бегин возвращается домой после молитвы, а мы, видишь, протестуем против его безответственной политики. Христиане-фалангисты прошли вчера в Ливане через заслоны нашей армии и вырезали палестинцев в лагерях беженцев... Сабра и Шатила.

— Ну и... при чем здесь Бегин? — не понял я.

— Есть сотни погибших, а виноват во всем Бегин с его эмоциональной политикой, это очевидно, он обязан уйти вместе с Шароном, — сказал этот человек жестко. Я не кивнул ему в ответ, потому что мне все это субботнее действо категорически не нравилось. Он посмотрел на меня с известным подозрением, будто только сейчас обнаружил во мне и акцент, и ошибки в речи, и неверные политические взгляды. Наши отношения, достаточно поверхностные и до того момента, прекратились с этого часа совершенно.

Хочется сказать, что мой собеседник почти не отбрасывал тени в этот час, — такое случалось со всеми гуляющими в иерусалимский полдень и потому не могло быть отнесено к недостаткам моего знакомого, хотя запомнить это, конечно, стоило.

Наш младший сын приболел в тот день, и мы с женою посчитали, что он простудился во время неудачной прогулки в Парке Независимости.

Дома я весь день слушал ежечасные новости по радио, но о событиях в Сабре и Шатиле сообщили лишь к вечеру, и новости эти были полны вопросов и не были окончательными.

Все знали наверняка только корреспонденты Си-эн-эн.

Через неделю сотни автобусов привезли на площадь Царей Израилевых в Тель-Авиве десятки тысяч демонстрантов, призванных Партией труда, ее лидерами протестовать против войны в Южном Ливане, которая называлась «Мир Галилее».

Оппозиция начала против Бегина и его политики жесткую и безжалостную кампанию, результаты которой трудно переоценить в истории государства.

¹ Неве-Яаков. — От авт.

Share & Bookmark

Жизнь Бегина

Отставка

Сомнения Менахема Бегина

Print version